Принц и герой

Пятница, 02 февраля 2018 10:31
Оцените материал
(38 голосов)

В творческом багаже солиста Краснодарского театра балета Юрия Григоровича Романа Тарасова практически все ведущие партии нынешнего репертуара знаменитого театра. В конце прошлого театрального сезона Роман впервые вышел на краснодарскую сцену в образе романтического Ромео в балете на музыку Сергея Прокофьева. Его дебют не остался незамеченным и благосклонно был принят как зрителями, так и специалистами. Эмоциональность исполнения партии Ромео, легкость, с которой Роман ее провел, вывели артиста на иной уровень творчества, более зрелый и внутренне содержательный. Теперь танцовщик намерен освоить партию графа Альберта в балете «Жизель» А. Адана. Великий балет, глубинный образ.

С Романом беседуем о его тринадцати годах службы в Краснодарском театре балета, о педагогах и творческих планах.

— Роман, какие главные уроки, по вашему мнению, вы получили от своих педагогов?

— В Воронежском хореографическом училище моими педагогами были Людмила и Владимир Сычевы. Владимир Иванович учил нас рассчитывать только на свои силы. Если есть у тебя какая-то проблема, ты должен решить ее сам, так же, как должен исправить совершенную тобой ошибку. Он никого не выделял, у него не было любимчиков. Был очень справедливым — каждый получал у него ту оценку, которую заслуживал. Возможно, это чувство правды мне порой и не дает спокойно смотреть на мир, особенно наш балетный, который нередко соткан из очень предвзятых вещей.

— А как вы начали заниматься хореографией?

— Елец, где я жил с мамой в детстве, городишко красивый, но провинциальный. Рабочих мест мало, детям тоже особо заняться нечем было. Чтобы я на улице не болтался, мама и отвела меня в балетную студию — она была тогда единственной в городе. А мои одноклассники ходили в секцию карате, что располагалась в том же здании этажом ниже. И я хотел тоже тренироваться с ними. Мама сначала меня отговаривала: сил много надо и на школу, и на балет, и на карате — не справишься. Но я ее убедил, что у меня получится.

— Вашим самым первым педагогом была выпускница Вагановского училища Елена Ивановна Тимофеева.

— Елена Ивановна получила в свое время травму позвоночника, и, к сожалению, судьба в театре у нее не сложилась. Она вернулась к себе на родину и открыла в Ельце балетную школу. И в дальнейшем многие ее ученики поступили в лучшие театры страны. Например, Руслан Скворцов сейчас премьер Большого театра. Она заложила в нас любовь к балету и академичность. Елена Ивановна часто нам, мальчишкам, которые у нее занимались, говорила: «Научитесь правильно делать батман тандю — тогда у вас всё хорошо будет!» Ну а мы этого тогда не понимали — мне хотелось бежать на карате и состязаться со своими одноклассниками. Но сегодня я понимаю ценность уроков Елены Ивановны.

Я благодарен всем моим педагогам. Каждый из них вложил в меня свою частицу. Я от них получил очень многое — в совокупности то, что сейчас имею и умею.

— Роман, как вы оказались в Краснодаре? Случайно?

— В Краснодар я приехал к друзьям отдохнуть после окончания Воронежского училища. Мне позвонил Виталий — ученик Владимира Ивановича Сычева, который учился на три курса старше меня, мы хорошо с ним общались во время учебы. Пригласил

отдохнуть в Краснодар, съездить на море, а потом побывать в театре и, если понравится, остаться.

Это был 2005 год. В то время в театре чувствовался запах краски, новых строительных материалов — не так давно прошла реконструкция. Я пришел вместе с Виталием позаниматься в класс. И ко мне подошел педагог и предложил остаться, сказав, что возьмут меня без испытательного срока, сразу на ставку. Я решил попробовать — поработал, получилось выстроить со всеми хорошие отношения — и с коллегами, и с педагогами.

— А помните, в каком спектакле впервые вышли на краснодарскую сцену?

— В «Лебедином озере» — в крошечной роли одного из трубачей. Начинал, как говорится, с самого малого, постепенно, ступенька за ступенькой проходя все театральные университеты.

— В вашем репертуаре сегодня ведущие партии в «Щелкунчике», «Спящей красавице», «Лебедином озере» и других спектаклях…

— Да, все классические партии принцев педагоги мне доверили исполнить. Конечно, хотелось бы теперь попробовать свои силы в характерных партиях.

— К примеру, Спартака?

— И Спартака тоже. Но хочется таких партий, где нужно показывать внутреннее состояние персонажа, как, например, у Ромео. В «Ромео и Джульетте» танец уходит на второй план, на первом — эмоции и мастерство актера. Каждый танцовщик показывает своего личного героя — да, есть определенные каноны, движения одни и те же. Но вот внутреннее состояние, которое мы стараемся раскрыть перед зрителем, конечно же, индивидуальное.

— Роман, а как вы готовитесь к новой для вас партии?

— Стараюсь смотреть записи с великими мастерами, я думаю, что так делают все. К примеру, с Барышниковым, Нуреевым, Васильевым… Анализировать, искать свое, то есть попытаться внести свою лепту в раскрытие персонажа. Для меня главное — чтобы зрители чувствовали отдачу, чтобы они понимали внутреннее наполнение спектакля, а не воспринимали его как просто набор каких-то движений.

— О каких партиях вы мечтали еще в детстве, а о каких стали думать, уже служа в театре?

— Во время учебы я не готовил себя к ведущим партиям. Планировал быть просто хорошим танцовщиком. Мне казалось раньше, что я не смогу так танцевать, как мастера, которые казались мне недосягаемыми. Но, видно, Богу было угодно, чтобы мне дали возможность попробовать себя в ведущих партиях…

Считаю, что нет плохих или хороших, больших и маленьких ролей. Если мне предлагают кого-то заменить в спектакле, попробовать что-то новое, стараюсь не отказываться. Для меня любая партия по-своему интересна.

Ну а чтобы подготовиться к выходу на сцену, необходимо серьезно готовиться, соблюдать определенный режим, жертвовать определенными вещами.

— Какая творческая цель стоит перед вами сейчас?

— Граф Альберт из «Жизели». Буквально недавно от педагога наконец услышал долгожданные слова о том, что он будет со мной готовить эту партию. Надеюсь, начнется работа, потому что после Ромео у меня было определенное затишье в творчестве.

— У вас есть кумиры?

— Особо нет, но меня поражает Нуреев, его нечеловеческая работоспособность. В свое время он мог давать по 250—300 спектаклей в год.

— У вас есть замечательная способность — как бы висеть, задерживаться в воздухе.

— Это называется баллон. Когда его исполняешь, возникает такое же ощущение, как в самолете при воздушных перепадах. В прыжке иногда возникает ощущение невесомости, и страшно после него порой опускаться на сцену…

— Как вы относитесь к современной хореографии?

— Я бы с удовольствием попробовал себя в ней. В искусстве танца много различных жанров, направлений — и надо развиваться, не бояться пробовать что-то новое.

— Сколько планируете оставаться на сцене?

— Пока не возникнет ощущение, что пора уходить. Делать это нужно достойно и вовремя. Сейчас начинаю немного преподавать: в балетной студии «Русские сезоны» веду занятия по растяжке и классическому танцу. А дальше жизнь покажет — хочу попробовать себя в качестве режиссера, хореографа. Возможно, громко сказано, но мне это интересно. Для начала поставлю что-то с детьми. Нужно сказать, что сейчас у меня режим такой, что домой я прихожу только ночевать. Ведь я еще работаю в нашем театре в монтировке…

— А как так получилось?

— Я решил в свое время получить высшее образование. Для этого нужны были дополнительные деньги. Но я ведь все время — и утром, и вечером нахожусь в театре. Так что, когда мне предложили работу монтировщика, это стало для меня настоящим спасением. Ну а после окончания вуза (Краснодарского государственного университета культуры и искусств — сейчас института) решил монтировку не бросать. Уже прикипел к этой работе. Вот и получается, что стаж в балете у меня — тринадцать лет, в монтировке — одиннадцать. Сегодня иногда моя девушка повторяет: ты же солист — зачем тебе работать монтировщиком? Но как-то прикипел.

— Ваша девушка тоже служит в Краснодарском театре балета Юрия Григоровича?

— Да, Юлия из балетной семьи, ее мама Анна Аркадьевна Дорош — народная артистка Украины, папа Максим Владимирович Чепик — заслуженный артист Украины.

— Ваша мама так и живет в Ельце и часто ли приезжает к вам в гости?

— Да, по возможности вместе с моей крестной бывает в Краснодаре и очень радуется, как любая мать, успехам своего сына. Мне очень приятно, когда я вижу родных людей в зрительном зале. Ведь в свое время ей пришлось пожертвовать своей карьерой ради меня: она работала главным бухгалтером на заводе в Ельце, но, когда я поступил в Саратовское хореографическое училище, мама все бросила и поехала со мной. Ну а когда уже учился в воронежском училище, мама вернулась домой.

— Каковы ваши планы?

— Танцевать — пока есть возможность.

 

Марина АДАМОВА

Фото Татьяны ЗУБКОВОЙ

Прочитано 1303 раз