Театр предназначен для того, чтобы пугать, смешить и заставлять плакать

Пятница, 16 октября 2015 10:31
Оцените материал
(13 голосов)

 

Константин МОХОВ: «Театр предназначен для того, чтобы пугать, смешить и заставлять плакать»

Театр кукол –  особый, не похожий ни на какой другой мир. Многие ошибочно воспринимают его как пространство, где  создаются спектакли только для детей. С этим категорически не согласен художественный руководитель Краснодарского краевого театр кукол заслуженный деятель искусств Кубани Константин Мохов. В интервью корреспонденту газеты «Кубань сегодня» он рассказывает о предстоящих премьерах и о том, чем живет сегодня возглавляемая им труппа.

–Константин Николаевич, расскажите, пожалуйста, чем примечателен нынешний театральный сезон для вашей труппы. Каких премьер стоит ждать зрителям в ближайшее время?

– Этот сезон примечателен тем, что  мы снова  работаем – с новыми силами,  новой энергией. Не очень давно в нашу труппу пришли актеры: Валерия Подвойская, Полина Стрижакова. Чуть раньше Александр Куча.  Также надо сказать о приятном возвращении в труппу Вадима Гуриева.  Это мой студент, который  учился у меня в Ставропольском краевом училище искусств. Потом долго работал в Московском камерном театре кукол, вернулся к нам этим летом.

 Если говорить о нашем творческом коллективе, то хочу подчеркнуть,  что труппа театра   сбалансированная, много и плодотворно работающая, хорошо тренированная.

Если говорить о новых постановках, то, прежде всего, надо сказать о премьере, которую мы готовим к Новому году. Это будет спектакль по сказке ирландского проповедника Джорджа Макдональда «Невесомая принцесса». Сказка написана в 1864 году – умная, на мой взгляд, очень необычная и интересная – про принцессу, которая потеряла вес после того, как ее заколдовала злая тетушка. В повествовании, конечно же, заключена метафора, так как речь идет и о жизненном весе каждого из нас. И выясняется, что обрести его можно только затратившись на другого человека, желательно вообще полюбив.  Это очень непривычный материал – у нас ведь нет чисто волшебной сказки в репертуаре. Есть спектакли с элементами «волшебства».  «Тростниковая шапка», «Волшебная флейта». Ну, а теперь будет абсолютно романтическая волшебная сказка.

– Кто будет занят в этом спектакле?

– Почти вся труппа. Над ним работает моя классическая постановочная бригада.  Художник, заслуженный работник культуры России  Елена Мацкевич,  композитор Валентин Демин, хореограф Ольга Отараева. Надеемся, что спектакль зрителям понравится, и они его оценят по достоинству. Пользуясь случаем, приглашаем всех на него. Но пускай зрители поторопятся, потому что в кассе билетов уже почти нет.

– Ведь еще только октябрь.

– Неловко даже говорить, но это именно так.  

После Нового года ждем в гости приезжих режиссеров. Сейчас думаем, кого пригласить: Петра Васильева, Бориса Константинова или Евгения Ибрагимова, кстати, все «золотомасочники». Это наши друзья, мы с ними сотрудничаем давно и регулярно. В нашем театре приглашенные режиссеры ставят в сезон один спектакль, и два – я.

И  уже боюсь говорить, но к весне  все-таки надеюсь взяться еще  за один взрослый спектакль. Анонсирую его уже давно, но работа над ним все отодвигалась  по  объективным причинам. Сейчас вроде бы все складывается как надо. Надеюсь,  к июню,  мы порадуем зрителей еще одной премьерой.

Думаю, наш театр находится сейчас на той стадии формирования репертуара, когда акцент стоит  переносить на взрослые спектакли. У нас  много детских спектаклей. Их более  тридцати. Но сейчас мы хотим переключиться на спектакли для взрослых.

– Расскажите про восстановленные работы. Ведь многие ваши спектакли воссоздаете после того, как они  какое-то время  не появлялись на сцене, совсем по-иному, многое переосмысливаете в них?

– Да, получается все по-иному. Сменяются актеры,  изменяется восприятие материала.  К примеру,  я вернулся к спектаклю «Соловей и император», через энное количество лет после того, как закончился прокат этого названия. Но в действительности это была, в общем-то,  премьера другого полотна – с другим художником, на 70 процентов с новыми актерами.

Есть некие вещи, которые для меня очень важны. Это пьесы, к которым возвращаешься снова и снова. Пьеса В. Синакевича –  одна из таких вещей. Я считаю, эта притча никогда не устареет. Тема художника и власти актуальна всегда и для всех. Потрясающе написанный материал, в которой есть что играть. Тем более, у нас появился замечательный молодой актер Александр Куча,    который очень  подходит на роль юного героя.  

– А какие кроме «Соловья и императора» спектакли будут восстановлены в ближайшее время?

– Мы занимаемся восстановлением регулярно. «Соловей и император» – это не восстановление. Это вторая редакция.

Почти год не шел спектакль «Игры сновидений», теперь снова его могут увидеть зрители. Сейчас восстановили «Брысь!» – здесь около шести актеров сменилось.

После нового года будем заниматься восстановлением   «Волшебной флейты».  Это очень большая работа, как минимум на  месяц мы должны забросить все  и заниматься только этим материалом.

Будут восстановлены также спектакли «Игрушечный побег» и «Черная курица».

К сожалению,  надо сказать, что  очень мало остается времени для того, чтобы актеры могли  развиваться, совершенствоваться в полную силу. Потому что очень много проката, и он все увеличивается. Желающих посмотреть спектакли краевого театра кукол все больше и больше. И мы должны идти им навстречу.

– Будет ли труппа принимать участие в фестивальной деятельности?

– Не знаю. Предложения есть, к примеру,  от  наших белорусских коллег. Но  уровень фестивалей, который я вижу последние пять-семь лет, катастрофический. Кризис жанра налицо. Это и нехватка идей, дефицит профессии – режиссуры, актерства. То, что я вижу,  очень печальное зрелище. На сегодняшний момент, это мое частное мнение, появление на фестивалях только вредит – плохие спектакли воздействуют очень глубоко, ведь негативные впечатления от них остаются  на достаточно долгий срок…

– Материально краснодарский краевой театр кукол сейчас себя хорошо чувствует? Ведь капитальный  ремонт в нем сделан. Актеры получают приемлемую зарплату. Есть в этом отношении  вопросы?

 – Нет. Понимаете, все, что касается ремонта и зарплат,  замечательно. Действительно,  власть помогает, низкий ей поклон и огромное спасибо. Вопросов в плане финансирования нет.

Но ведь театр –  не только ремонт, и даже не общее благополучие нашего коллектива. Хотя само по себе это прекрасно. Театр – это желание попытаться что-то такое понять своей компанией про эту жизнь.  Рождение сверхсмыслов, как в поэзии, – вот это  есть суть театра. И живым он остается до тех пор, пока  есть  желание искать их, а значит  ежедневно выходить на площадку и репетировать,  оттачивать мастерство,  стараться быть в своей профессии  еще более точными, еще лучше. Для актеров-кукольников это действительно тяжелая, филигранная работа, требующая большой физической выносливости, обладания различными профессиональными умениями. И мы занимаемся этим потому, что не заниматься этим  не можем. Подобное ощущение самое правильное, без него вообще ничего стоящего не сделаешь.

– Вы часто в интервью делаете акцент, что вы создаете спектакли и для взрослых, и для детей. То есть для вас просто есть зритель – вы не делите его на возрастные категории? 

– Всегда говорю, что я не делаю спектакли только для детей. Это принципиальная позиция.  Ну а детям всегда надо рассказывать  любую историю  талантливо. И пытаться донести идею, как говорил Станиславский: «для детей как для взрослых – только лучше».

Ребенок более восприимчив ко всему, чем взрослые, у которых всегда есть какие-то шоры,  часто мешающий им жизненный опыт. Маленький человек абсолютно чист и  открыт театру. Он глубже,  считаю, воспринимает мир, потому что для него все в этой жизни впервые, соответственно все воспринимается  острей и тоньше.

–  А пугать маленьких зрителей можно в театре?

– Театр предназначен для того, чтобы пугать, смешить и заставлять плакать. Мы переживаем за своих детей, считаем, что нам видней, что им надо показывать, а что нет. Понятно, что ни  в коем случае не стоит показывать открытое насилие. Но, думаю,  ребенку в театре интересно то же самое, что и взрослому человеку. 

 Есть мамы, которые говорят, к примеру: не надо детям показывать  такой персонаж, как Генерал «У» в «Тряпичной кукле», потому что он страшный. Получается, зло должно быть  какое-то такое «недозло», фитюлечка, которую  с легкостью можно  победить. Но это же в корне не верно. Ведь миссия театра заключается  и в том, чтобы закреплять опыт, имеющийся у  человечества. Это прежде всего адаптация ребенка к реальной жизни через метафору. Нам метафорически  надо показать ему, чтобы он был готов к тому, что есть зло и есть добро. И ребенок должен в этой  понятийной системе координат  ориентироваться, чтобы при столкновении с реальностью у него не возник эмоциональный ступор и он смог понять, где на самом деле добро, а где его противоположность.

                                                        Марина Адамова

                                                        Фото Юрия Корчагина

Прочитано 2750 раз

Видео Кубань СЕГОДНЯ

Очередной потоп парализовал центр Кубанской столицы.