Алексей Федорченко: «Анна победила во Второй мировой»

До конца года в прокат выйдет фильм «Война Анны» Алексея Федорченко, участвовавший в конкурсе XXIX «Кинотавра»,— минималистическая трагедия о шестилетней девочке, вся семья которой погибла во время массового расстрела. Больше двух лет Анна прячется в нерабочем камине в немецкой комендатуре и наблюдает за проходящей мимо жизнью в ожидании, когда деревню освободят от нацистов. При всей разнице киноязыка по силе эмоционального воздействия «Войну Анны» можно сравнить с «Проверкой на дорогах» или фильмом «В бой идут одни старики».

Из сценарного портфеля

— Алексей, как вы нашли историю Анны, ведь в основе фильма реальные события?

— Я нашел ее в Интернете, в «Живом журнале», еще когда он был жив. История была очень короткая, и ее рассказывала уже взрослая женщина: девочкой ей было десять — двенадцать лет, она два года пряталась в немецкой комендатуре. Комендатура, которая раньше была школой, которая раньше была панским домом. Дело было на Украине — на Полтавщине.

Я нашел ее и отложил в свой сценарный портфель, потому что у меня такое сценарное «ателье»: одновременно делается несколько сценариев, и я успеваю работать над всеми проектами с несколькими авторами, как я люблю работать. У режиссера должен быть большой сценарный портфель, чем я по ночам и занимаюсь, наращивая его. Я много работаю над сценариями и накапливаю на будущее истории. История про девочку в камине была замечательная, но она была в ряду других, пока я не придумал финал, который выводил героиню из замкнутого пространства и увеличивал место действия фильма до планетарных масштабов.

— Зачем вам в качестве соавтора сценария потребовалась наша землячка Наталия Мещанинова?

— Я придумал начало и финал истории и понял, что мне нужен соавтор-девочка, нужен женский взгляд на происходящие события. Я не знал Наташу и не смотрел даже ее документальных фильмов, хотя на тот момент она еще даже не сняла свой фильм «Комбинат „Надежда”». Я прочитал ее рассказы в Интернете о ее детстве и увидел в них параллели с событиями сценария, позвонил ей, поехал в Москву, где мы с ней познакомились. Встретились в Охотном ряду, где-то там же пили пиво — и она отказалась. Сказала, что это не ее материал, она не в курсе событий, не знает реалий того времени.

А я почему-то знал, что Наташа согласится. «Ну, хорошо, жду»,— сказал ей тогда и перестал звонить. Год мы не общались, а через год она мне позвонила и сказала: «Я готова» — и мы очень быстро написали сценарий. Наташа написала замечательные истории, диалоги персонажей — такие микроновеллы с украинцами, русскими, немцами, венграми, французами — с теми нациями, которые воевали, ведь камин нашей Анны стоит на пересечении дорог войны и Анна наблюдает за театром военных действий. К сожалению, они не вошли в фильм полностью. Но я доволен, что поработал с Наташей: она очень помогла мне.

— История Анны настолько невероятна, что вызывает сомнение: возможна ли она?

— Я бы даже неделю не высидел в камине! Когда писался сценарий, мы с Наташей старались быть достоверными и расписали всё по датам: сколько дней Анна может выжить без воды, на какой день она должна поесть, чтобы жить. Физиологически всё выверенно, точно и достоверно. Сама история действительно невероятная, и я даже стал сомневаться в ее реальности в процессе производства, поэтому неслучайно в титрах фильма нет ссылки, что в его основе лежат реальные события: я не проверял, возможно ли маленькой девочке выжить в таких обстоятельствах, да на самом деле это и неважно.

— Скажите все-таки, Анна выживет и встретит Победу?

— Мы не знаем, что будет дальше. Для нас, тех, кто снимал фильм, точкой было понимание того, что наша героиня, эта девочка, победила во Второй мировой войне — вот об этом фильм. Финал у него открытый: каждый представляет его так, как представляет.

— Еще «Война Анны» заставляет вспомнить «Дневник Анны Франк»…

— Когда ты погружен в конкретную историю, не ищешь каких-то аллюзий. Евреев фашисты убивали не только в России — в Беларуси, Польше, на Украине — везде, где те жили. И убивали не только немцы, но и местные жители. Мест массовых расстрелов и захоронений евреев в России, на Украине, в Беларуси сотни, а не только печально известный Бабий Яр. Ведь фашизм — это проблема планеты Земля. Поэтому ни место, ни время значения не имеют. Анна в камине не знает, какое сегодня число,— она может проспать день и пропустить его, и она слишком маленькая, чтобы следить за событиями. Ее жизнь сводится к простым вещам: выжить, попить, поесть, сходить в туалет, вести себя тихо — вот и всё. А все остальные события мира для нее не существуют.

У меня не было вообще мысли про Анну Франк, и эта параллель сейчас очень мешает фильму: вся Европа задает этот вопрос первым. Так что это случайность. В нашем фильме можно найти параллели и с Алисой в Зазеркалье, и с Маугли, и с Робинзоном, и еще с десятком персонажей из мировой культуры: наша история первобытная и о выживании. Поэтому все параллели случайны.

Если актриса боится томатов…

— Как вы нашли героиню фильма — актрису Марту Козлову, без которой он бы не состоялся?

— Я понял, что кино есть, довольно быстро, но опять же отложил его, потому что не думал, что смогу найти такую девочку. И однажды увидел в Интернете фотографию замечательной Марины Козловой — мамы Марты. Она замечательный фотограф. Это была Анна — такая, какой я себе ее представлял. И тогда уже с Наташей Мещаниновой мы стали писать сценарий под Марту, с которой познакомились на премьере моего фильма «Ангелы революции», где я окончательно понял, что прав в выборе. Для очистки совести я провел кастинг и посмотрел еще несколько сотен детей, но никто и близко рядом не стоял с Мартой.

— Насколько сложно работать с ребенком, если на него «завязан» весь проект?

— С Мартой работалось очень хорошо: она, видимо, родилась актрисой, и мы работали с ней как с абсолютно взрослым человеком. Она удивительным образом сочетает в себе прекрасную чистоту и наивность шестилетней девочки — столько ей было на съемках, сейчас Марте восемь лет — и профессионализм взрослой актрисы: она выполняла поставленную задачу — никаких поблажек и скидок на возраст не было.

Проблема случилась только один раз, когда Марта пришла и сказала: «Я не буду сниматься в сцене — вы или убираете сцену, или я ухожу с проекта». По сценарию она должна была есть помидор, а Марта ненавидит помидоры, и мы придумывали, как сделать томат съедобным, напичкав его сиропом. Только так Марта согласилась сниматься, спасая наш фильм.

— В вашем фильме герои говорят на нескольких языках, но их речь не имеет ни перевода, ни субтитров. Почему?

— В фильме звучит, кажется, восемь языков. И те слова, что произносят персонажи, конечно, имеют значение, но мы специально и осознанно перевели их на родные языки героев, сделав недоступными пониманию русскоязычного зрителя. Потому что Анна в камине не понимает и не может знать, например, венгерский или французский языки — она может понимать немного немецкий, украинский, русский, идиш. И зритель, как и героиня, должен черпать информацию о событиях из той части диалогов, что ему доступна. Мы поступили так потому, что старались сделать такой фильм, который был бы понятен без перевода. Поэтому мы сократили всё, что только можно,— оставили только несколько предложений, без которых совсем нельзя. И оказалось, что так фильм воспринимается лучше.

— Насколько сложно найти деньги на такой необыкновенный фильм, как «Война Анны»?

— Сложно. Поэтому фильм и снят полностью на негосударственные средства. В начале мы думали, что достаточно быстро найдем сторонников, но «Война Анны» оказалась историей затяжной: год я ждал Наташу, потом писался сценарий, потом Леонид Парфенов познакомил нас с фондом «Генезис» — он дал ему деньги на документальный цикл «Русские евреи» и заинтересовался и нашим фильмом. Потом от «Генезиса» пришли первые деньги, потом продюсер фильма «Довлатов» Максим Ложевский стал нашим генеральным продюсером…

Наверное, это был сетевой маркетинг: одни люди привлекали других людей, а в конце мы поняли, что всё равно не можем решить задачу — слишком большая финансовая дыра у проекта была, слишком много было у проекта долгов. Тогда мы объявили краудфандинговую кампанию — и вдруг совершенно незнакомые и знакомые люди, которые об этом не говорили (потом мы это выяснили через сайт, на котором собирали деньги), стали помогать нам разного количества суммами. И у «Войны Анны» появилось огромное количество сопродюсеров, которые дали свои личные деньги. Их имен даже нет в титрах.

Досье «Кубани сегодня»

Режиссер игрового и документального кино, сценарист, продюсер Алексей Федорченко родился в 1966 году в Соль-Илецке Оренбургской области. Окончил инженерно-экономический факультет Уральского политехнического института (1988), сценарный факультет ВГИКа (2000, мастерская В. Черных, Л. Кожиновой и Ю. Рогозина). С 1990-го работал на Свердловской киностудии, с 2005-го — продюсер и режиссер кинокомпании «29 февраля». Дебютировал лентой «Первые на Луне» (2005). Режиссер фильмов «Овсянки», «Небесные жены луговых мари», «Ангелы революции» и др. Его работы удостоены призов крупнейших мировых и отечественных смотров: Венецианского и Римского МКФ, МКФ «Черные ночи», ОРКФ «Кинотавр».

Анастасия КУРОПАТЧЕНКО