Сто лет назад туристов зазывали на курорты Черноморского побережья Кубани низкими ценами и особыми условиями.
Краснодарский край сегодня по праву считается главным курортным регионом страны. Курорты Кубани ежегодно посещают миллионы туристов, причем гости едут к нам не только летом, но и зимой. Наш край вышел в лидеры в развитии круглогодичного туризма среди других российских регионов. Однако популярность кубанских курортов возникла не на пустом месте.
Сто лет назад об отдыхе на юге страны россияне даже не думали. В начале прошлого века широко развернулась кампания в поддержку отечественных морских курортов. Умело выстроенная реклама сделала свое дело — и поток туристов стал потихоньку расти. Что же предлагали приезжим курорты в начале века? Практически то же, что и сейчас, правда, с поправкой на время. Не даром ведь говорят, что всё новое — это только лишь основательно подзабытое старое.
Турист всегда прав
Путеводителем по российским курортам в начале прошлого столетия стал справочник «Черноморское побережье Кавказа», выпущенный в Санкт-Петербурге в 1916 году. Его автор и составитель, историк и общественный деятель Ф. П. Доброхотов, поставил перед собой цель открыть для соотечественников всю прелесть отдыха в родных пенатах.
В предисловии к своему справочнику автор сетует на то, что «лечебные места» на побережье Кавказа россиянам известны мало. Их никто не рекламирует, не описывает. Между тем, по его мнению, при «большей заботливости правительства, некоторой предприимчивости частных лиц» можно было бы создать курорты, нисколько не уступающие лучшим заграничным.
На что же Доброхотов в первую очередь обращает внимание при описании того или иного курорта? Конечно, на условия для туристов и цены, отмечая, что стоимость отдыха на южном побережье страны вполне по карману многим.
Как отмечается в справочнике «Черноморское побережье Кавказа», в 1900-х годах плату с отдыхающих на курортах взимали умеренную. При этом оставались курортные местечки, в коих денег с приезжающих и вовсе не брали, занимаясь благоустройством курортов исключительно за счет местной казны. Иногда за благое дело благоустройства бралась местная общественность, как было, например, в Джанхоте.
Небольшой поселок Джанхот на морском побережье в начале XX века славился прекрасным мягким климатом и обилием всевозможных фруктов. Уже в конце апреля созревали в окрестностях Джанхота вишни и черешни, в июне и июле начинались абрикосы и персики, яблоки и груши. В августе и сентябре к радости туристов созревал виноград, в том числе лечебный.
За порядок на территории курорта столетие назад отвечали два общества благоустройства: Северное и Южное. Каждое за свой счет оборудовало в Джанхоте свой курзал.
Соорудили здесь также три купальни, за посещение коих в отдельном номере взималась плата десять копеек. В общей купальне сеанс стоил пять копеек, при этом теплая морская ванна обходилась отдыхающим в пятьдесят копеек, а грязевая — в один рубль пятьдесят копеек.
Оба общества благоустройства неукоснительно следили за санитарным состоянием береговой полосы, отвечали за оборудованные вдоль берега бульвары и скверы с «декоративной растительностью», а также за здания Северной и Южной ротонд. За содержание всех этих красот с приезжающей публики не брали ни копейки.
Иную картину в 1900-х можно было наблюдать в Сочи, где туристы непременно должны были вносить свою лепту в содержание курорта. В городских архивах хранится уникальный документ — закон, подписанный 28 мая 1911 года Его Императорским Величеством Николаем Вторым. Именно этот царский указ и давал курорту право собирать деньги с туристов. Впрочем, платить за въезд в Сочи должны были не все подряд. Тем же самым документом обозначались категории отдыхающих, которые освобождались от платы.
Сочинское городское общественное управление взимало с приезжих лечебный сбор начиная с 1911 года. С одного лица бралась плата три рубля, с семейств — пять рублей. Стоит отметить, что от платежа освобождались приезжающие по делам службы, чернорабочие, дети младше десяти лет и все те приезжие, которые оставались на территории курорта не долее семи дней. Сезонный сбор взимается с первого апреля по первое ноября.
Славился среди курортников столетней давности местный ресторан «Кавказская Ривьера». По их мнению, за пребывание здесь и денег не жалко было. Помимо всего прочего, у «Кавказской Ривьеры» было лучшее во всей местности морское купание.
Имея собственный обширный пляж, доступный и для купания детей, «Ривьера» давала возможность использовать море с лечебной целью, отмечает справочник «Черноморское побережье Кавказа». Кроме естественного лечения воздухом и морскими купаниями, восхождением на возвышенности, прогулками и виноградом в «Ривьере» была собственная светоэлектроводолечебница со всеми необходимыми аппаратами и ваннами, а также был оборудован специальный врачебный и химико-микроскопический кабинет.
Людям, нуждающимся в отдыхе и климатическом лечении, трудно было бы найти место, более отвечающее необходимым для этой цели условиям. А ресторан «Ривьеры», отлично расположенный и выходящий к самому морю, дополнял картину идеального отдыха. К тому же «Кавказская Ривьера» имела свой большой театр на шестьсот пятьдесят мест, в котором в летний и осенний сезоны давались спектакли и концерты. Были здесь собственный кинематограф, бильярд и читальня. Номера в начале прошлого века здесь можно было снять от одного рубля 25 копеек до четырнадцати рублей в сутки, в эту цену входила стоимость белья и электрического освещения.
И море, и грязи
В Анапе в начале ХХ века обстановка была куда скромнее сочинской. В 1904 году на курорте появилась городская управа, которой спустя десятилетие дали право взимать с отдыхающих плату. К 1914 году бюджет курорта выразился в сумме свыше двухсот тысяч рублей. Но всё же Анапа довольно долгое время оставалась далеко не законченной по своему благоустройству здравницей. Между тем населенный пункт являлся владельцем трех с половиной тысяч десятин земли и берега моря протяжением тринадцать верст, чего не было ни у одного города Черноморского побережья Кубани.
Городскую казну значительно пополнили средства курортного сбора, которые направлялись на развитие местечка. За короткое время в Анапе появилось электрическое освещение, мостовые, водопровод, курзал, больница, купальни и многое другое.
Анапа заслуженно гордилась своим песчаным пляжем, получившим по справедливости название золотого берега: длина пляжа в пределах городской земли — десять верст, полоса песка — до ста саженей. Анапские песчаные пляжи еще сто лет назад считались лучшим местом для летних морских купаний. Другим крупным достоинством Анапы являлись ее целебные грязи. Местонахождение грязей располагалось по соседству с плавнями и так называемой Чембуркской возвышенностью. Пространство это имело около версты ширины и несколько — в длину. Слой целебного природного снадобья имеет толщину от трех до восьми вершков. «Грязь черна, как свежая вакса, и издает слабый запах сероводорода»,— отмечает справочник.
За уникальную возможность восстановления здоровья приезжающие в Анапу платили сбор с первого мая по первое сентября. При явке паспортов или получении сезонных билетов с курортников брали два рубля с лица и четыре рубля с семейства из трех и более человек. От уплаты сбора освобождались прибывшие с деловой целью, домашняя прислуга, дети до десяти лет, матросы с кораблей на рейде и туристы, а также лица, планировавшие провести в Анапе не более трех дней.
Дачная идиллия
«В пятнадцати верстах от Геленджика, близ Дообского маяка, на берегу красивой излучины моря приютилось небольшое селение Кабардинка»,— читаем в справочнике «Черноморское побережье Кавказа». Именно сюда автор справочника рекомендовал ехать тем, кто не любит шумные компании и предпочитает спокойный отдых на лоне природы.
Кабардинка — бывшее русское укрепление, основанное в 1836 году генералом Вельяминовым. После покорения Кавказа в укреплении поселились в 1869 году греки, выходцы из Турции. Жилища их, покрытые земляной крышей, сколоченные из бревен, лепились по берегу моря, утопая в зелени. Тогда еще водились в окрестных лесах кабаны и фазаны.
Жители Кабардинки занимались охотой, рыбной ловлей и главным образом хищениями в покинутых горцами садах и лесах, которые рубили на дрова и уголь для Новороссийска. Всё изменилось, когда население было наделено правительством большими участками земли и жителям пришлось взяться за земледелие. Местность приняла иной вид: появились хорошие избы, обустроенные дворы, мелочные лавочки, кофейни. Но не стало вековых дубов, покрывавших когда-то сельскую площадь.
Привлекала и доступность Кабардинки: при желании из нее легко можно добраться до Новороссийска, отстоящего от поселения на двадцать две версты. Летом по маршруту курсировали по два раза в день автомобили с платой два рубля с пассажира. В извозчичьем фаэтоне в Новороссийск можно было доехать, заплатив от четырех до восьми рублей, на почтовых — за полтора рубля.
В начале XX века предприимчивые поселяне стали уступать свои права пользования на участки приезжающим на лето дачникам. Дачные участки начали охотно раскупать, и Кабардинка считалась уютным лечебным местом. В селении имелась почтово-телеграфная контора, аптека, бакалейные лавки и кофейни.
Недорогая жизнь, красивые виды, хорошее купание на песчаном пляже — всё это привлекало публику. Имелся в достаточном количестве виноград: под виноградниками в селении находилось четырнадцать десятин земли. Комнату на частных дачах в Кабардинке можно было снять и вовсе за смешную плату: проживание обходилось туристам в двадцать — двадцать пять рублей в месяц.
Рина КАРЕТИНА
