Сейчас в России насчитывается более двенадцати тысяч особо охраняемых природных территорий разных категорий и уровней подчиненности. Их общая площадь превышает двести сорок миллионов гектаров и составляет порядка тринадцати процентов территории страны.
В 2025 году российская заповедная система приросла еще девятью территориями в Луганской Народной Республике и Донецкой Народной Республике, Республике Крым, Херсонской и Запорожской областях, а также в Москве — общая площадь новых территорий превысила сто пятьдесят девять тысяч гектаров. По государственной статистике, особо охраняемые природные территории посещает более двадцати двух миллионов человек в год. Однако все эти цифры скрывают остроту проблем, с которыми сталкивается заповедная отрасль. С одной стороны — рост внутреннего туризма, с другой — необходимость сохранения природных богатств страны, недофинансированность системы особо охраняемых природных территорий (ООПТ), непонятные правила для инвестиций и развития инфраструктуры, нехватка научного обоснования управленческих решений. Найти выход из сложившейся ситуации попытались участники круглого стола «В поисках равновесия: политика и регулирование в сфере особо охраняемых природных территорий (ООПТ)», который прошел в Сочи, на курорте «Роза Хутор». Инициатором дискуссии выступила компания «Интеррос» в партнерстве с ФГБУ «ВНИИ Экология». Среди участников — представители министерств, Государственной Думы, научного сообщества и бизнеса. Все они пытались найти ту самую точку равновесия, где интересы сохранения биоразнообразия не подменяют собой задачи, стоящие перед экономикой страны.
Идем гулять
Основная задача отрасли туризма в России — удвоить вклад в валовой внутренний продукт страны. Развитие путешествий на особо охраняемых природных территориях является наиболее весомым фактором. Если в 2025 году число туристских поездок по стране увеличилось на 4,1 процента по сравнению с 2024 годом, то темпы роста экологического, природного туризма обгоняют этот показатель практически в семь раз. Статистические расчеты, в которых многие уже сомневаются, подтверждаются экономическими показателями. По данным крупных продавцов спортивных товаров, спрос на продукцию для активного отдыха и туризма только в 2025 году у россиян вырос на двадцать девять процентов, и этот тренд наблюдается уже несколько последних лет.
— Сегодня в природном туризме сложилась ситуация, которую можно назвать «идеальный шторм». Сформировался спрос на отдых на природе: с одной стороны, это мировой тренд на природность, экологичность, аутентичность, который пришел к нам. С другой — жители мегаполисов устали от суеты, поэтому многие ищут тихого отдыха. Свой вклад внесла и пандемия, сориентировав россиян на уединение, в том числе в путешествиях. Экологический туризм активно растет из-за ограничений на зарубежные поездки и из-за финансовой ситуации: он более доступен и экономичен. Наконец, в стране появились хорошие дороги, что позволяет легко добраться до природных территорий, поэтому люди начали много путешествовать самостоятельно на машинах,— считает эксперт в области устойчивого туризма Эколого-просветительского центра «Заповедники» Александр Железняк.
Но здесь возникла проблема. Система особо охраняемых природных территорий — заповедников, национальных парков, заказников и так далее, у которой долгое время главной задачей была охрана природы и принцип «Не пущать!», оказалась не готова к требованиям времени. При этом, как показывает мировая практика, именно развитие устойчивого туризма может сформировать бережное отношение людей к природе, помочь обеспечить охрану, решить вопрос недофинансирования заповедной отрасли. Внебюджетные доходы Сочинского национального парка — самой посещаемой в стране особо охраняемой природной территории, которая в год принимает более пяти миллионов гостей, на сегодняшний день превышают семьсот миллионов рублей. Эти деньги идут на содержание большой природной территории.
— Можно сказать, что у отрасли особо охраняемых природных территорий в целом не появился ген гостеприимства. У нас в стране есть отдельные успешные нацпарки и заповедники, например Кенозерский национальный парк, красноярский Столбы или Кисловодский национальный парк, но таких осознанных и успешных, честно говоря, единицы. Сотрудники заповедной системы часто не понимают, что посетителям нужно обеспечить хотя бы минимальные условия, если, конечно, есть желание зарабатывать на туристах. Но есть и законодательные препоны. Система природопользования в последние десятилетия сложилась так, что индустрии природного туризма места в ней просто не было. В этой системе есть место охоте, добыче леса и ископаемых или икры и рыбы, легальной и не очень легальной, а вот туристам места нет. Например, у нас на ООПТ огромная проблема с туалетами. Простите, но это базовая потребность человека. А не строят, потому что нормальный туалет — это капитальное сооружение, которого не должно быть на особо охраняемой природной территории, да и в лесном фонде тоже. Конечно, директора ООПТ как-то придумывают, часто нарушая законы, находят выходы, но в таких условиях легче просто ничего не делать и сказать: «Раз нельзя, значит, нельзя!» — поясняет ситуацию Александр Железняк.
С законом и без него
Решить все эти противоречия был призван закон о развитии туризма на особо охраняемых природных территориях. Готовили его долго, приняли в 2023 году. За три года правоприменительная практика так и не сложилась. Основная проблема связана с тем, что туризм, в том числе и природный,— история межведомственная. В его развитие вовлечено множество федеральных и региональных инстанций: Минприроды, Минэкономики, Минтранс, Минсельхоз и еще букет надзорных органов.
— Простая история. Проложили, например, на особо охраняемой природной территории тропу. Пришли проверяющие из Роспотребнадзора и говорят: «Тут клещи — надо всё опрыскать». Тут же появляются представители Минприроды или природоохранной прокуратуры и говорят: «Нельзя ничего на ООПТ обрабатывать». И вот так умирают действительно классные проекты или ООПТ тратят время на суды с Роспотребнадзором. Для развития охраняемых природных территорий нужны понятные правила работы как для самих органов власти, так и для бизнеса — тогда можно будет создавать качественный турпродукт, используя туризм как инструмент, более качественно сохранять природу, работать с местным населением,— делится мнением эксперт Александр Железняк.
Еще один из примеров несогласованных действий — постановление об обеспечении безопасности туризма. Если соблюдать его, то выполнить все требования на многих туристских объектах невозможно. В итоге такие объекты оказываются просто закрытыми. Так произошло с популярной Боткинской тропой в Ялтинском заповеднике. Она была создана в 1901 году и всегда была очень востребованна. Согласно постановлению о безопасности теперь ее посещать можно только со специально подготовленным гидом. С учетом количества туристов в Крыму можно сказать, что Боткинская тропа оказалась недоступной.
— Природная среда — это огромное наше богатство. И наша задача — не просто похоронить его где-то в кладовке, а сделать так, чтобы россияне имели к нему доступ и чтобы это действительно служило воспитанию гордости за страну, воспитанию экологического сознания через общение с природой. Может, нам на государственном уровне посмотреть на систему ООПТ и выработать какие-то гибкие подходы? У нас сейчас фактически правила работы во всех видах ООПТ плюс-минус одинаковые. У нас есть ботанические сады и заповедники и другие особо охраняемые категории — это совершенно разные объекты и с точки зрения привлекательности для граждан, и с точки зрения расположения, и с точки зрения задач охраны. Есть ООПТ, которые вообще являются популярными туристскими объектами: это Кисловодский парк и парк «Железная гора»,— говорит заместитель председателя комитета Государственной Думы по туризму и развитию туристической инфраструктуры Наталья Костенко.
Конечно, никто не говорит, что надо лезть «грязными туристическими руками» во все заповедные места, где сохраняется нетронутая природа. Но, как показывает практика, некоторые из особо охраняемых природных территорий, которые раньше были заповедниками, уже изменили свой статус. Пример — красноярские Столбы. Заповедник, некогда расположенный в черте города, был переведен в статус национального парка, что позволило адекватно работать с туристами, а не придумывать как обходить более строгий статус. Привлеченные за счет посетителей и бизнеса средства сегодня идут на развитие и охрану природной территории. Поэтому первое, что требуется сделать для развития системы ООПТ в нашей стране,— провести аудит заповедной системы.
— Развитие системы ООПТ требует долгосрочного планирования и новых подходов к управлению. Перед отраслью стоят ключевые вопросы: как одновременно соблюсти интересы экономики и природы, каким образом обеспечить сбалансированное взаимодействие государства, общества и бизнеса,— считает директор Департамента государственной политики и регулирования в сфере развития ООПТ Минприроды России Юлия Кудряшова.
Веским камнем преткновения в формировании законодательных норм для особо охраняемых природных территорий страны является отсутствие еще одного важного документа: стратегии развития заповедной отрасли. Непонимание того, куда движется система, напрямую влияет на то, как воспринимается любая инициатива, связанная с хозяйственной деятельностью на ООПТ. Формирование этого важного документа идет уже шесть лет.
— То, что шесть лет отрасль живет без этого документа, напрямую сказывается на тех законодательных инициативах, которые вносятся в Госдуму, и тех изменениях, которые принимаются. С 2020 года, когда закончился срок действия предыдущей стратегии, каждые три года наблюдаются кардинальные законодательные изменения с точки зрения деятельности на ООПТ. При этом они касаются исключительно хозяйственной деятельности. Речи о дополнительных природоохранных мерах защиты не идет, о том, чтобы дополнительно поддержать сотрудников или руководство ООПТ, тоже, к сожалению, не идет,— отмечает руководитель аппарата Комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Госдумы Елена Панова.
Природу сохранит наука
Отсутствие стратегии не позволяет принять планы развития особо охраняемых природных территорий. Значит, понять их предельную допустимую рекреационную емкость — один из важнейших показателей, который показывает возможную для ООПТ рекреационную нагрузку. Пока ясно одно: принятие решений о развитии любой инфраструктуры на особо охраняемых природных территориях должно быть основано на научных исследованиях. При этом деятельность ученых не должна ограничиваться лишь рекреационным мониторингом. Важным направлением остается восстановление природных участков.
— Необходимо не просто понять количество возможных посетителей на ООПТ, а оценить их воздействие. Для этого нужны наблюдения за несколько лет. Если научный сотрудник заповедника исследует только бабочек и не учитывает эффекта от развития туризма, его надо гнать в шею,— считает директор государственного заповедника «Хакасский» Виктор Непомнящий.
Председатель Общественного совета при Минприроды России Александр Мясков отмечает, что современные нейросети и геоинформационные системы открывают новые возможности для экологического мониторинга и управления ООПТ. Сегодня уже реализуются проекты мониторинга состояния экосистем и биоразнообразия с использованием технологий Yandex Cloud и других цифровых платформ на Байкале и Алтае, включая системы наблюдения за биоразнообразием и отдельный проект мониторинга снежного барса.
— Цифровые платформы позволяют автоматизировать сбор и верификацию данных, а также объединять информацию с различных ООПТ и из государственных информационных систем в единую систему экологического мониторинга. Но развитие таких систем должно сопровождаться не только техническим, но и научным контролем: за качество экологических и биологических данных должны отвечать профильные специалисты, а не исключительно сотрудники, ответственные за цифровую инфраструктуру,— считает председатель Общественного совета при Минприроды России Александр Мясков.
Примером взаимодействия систем особо охраняемых природных территорий, науки и туризма, которое позволяет сохранять природные богатства, могут стать горные курорты Сочи. Расположенные на территории Сочинского национального парка, они являются настоящей лабораторией под открытым небом.
— Университет «Сириус» рассматривает ООПТ как природную лабораторию под открытым небом, а научные исследования — как основу для практических решений в сфере экологии, туризма и сохранения природных территорий,— подчеркивает исполнительный директор Международного научного центра в области экологии и вопросов изменения климата университета «Сириус» Елена Гершелис.
Один из примеров — поиск решения проблемы выхода медведей к людям, которая в последнее время обострилась в Сочинском национальном парке. В прошлом году на горном курорте «Роза Хутор» было зафиксировано сто восемьдесят визуальных контактов туристов с косолапыми. Их количество каждый год растет на двадцать — тридцать процентов.
— Одной из причин может быть сокращение кормовой базы животных из-за усыхания каштана. В связи с этим курортом совместно с Сочинским национальным парком прорабатывается создание фруктарников на путях миграции зверя за пределами курортной инфраструктуры,— делится информацией генеральный директор курорта «Роза Хутор» Константин Нестеров.
На «Розе Хутор» ученые также разработают новый стандарт экологических троп, который затем будет распространен по всей стране. Для этого на территории горного курорта будут обустроены экотропы на разных уровнях: на 600, 1100 и 2300 метрах над уровнем моря. Все они будут выполнять собственные задачи. На высоте шестьсот метров появится природно-познавательный маршрут, он станет базой для образовательных и просветительских программ. На высоте 1100 метров планируется создать инклюзивный маршрут, адаптированный для гостей курорта с разным уровнем физической подготовки и возможностями здоровья. На высоте 2300 метров появится активно-туристский оздоровительный маршрут в условиях умеренного высокогорья. Природные особенности этой зоны, включая разреженный воздух, помогут улучшать работу сосудистой системы и повышать общую выносливость организма.
— Особенно ответственно для нас найти эффективные решения для обустройства троп в зоне альпики и субальпики, где, по мнению ученых Сочинского национального парка и Научно-технологического университета «Сириус», существует критическая потребность в защите уязвимой природной среды, включая почвы и растительные сообщества,— объясняет ситуацию Константин Нестеров.
Одновременно с прогулками маршруты станут площадкой для изучения того, как туристский поток влияет на природную среду. Ученые будут измерять рекреационную нагрузку, анализировать состояние почв и растительности, степень деградации экосистем, а также оценивать эффективность решений по снижению антропогенного воздействия. На основе полученных данных специалисты предложат подходы к обустройству туристской инфраструктуры на ООПТ — от покрытия маршрутов и организации зон отдыха до навигации, систем обращения с отходами и информирования посетителей.
— Экосистемы заповедников и национальных парков предоставляют возможности для фундаментальных и прикладных научных исследований, результаты которых могут использоваться для совершенствования методов охраны природы, разработки адаптационных стратегий и формирования экологической политики,— считает член Общественного совета при Минприроды России Лев Шагаров.
Точка равновесия
По итогам круглого стола «В поисках равновесия: политика и регулирование в сфере особо охраняемых природных территорий (ООПТ)», который прошел на курорте «Роза Хутор», участники подготовят резолюцию. Эксперты предлагают усилить взаимодействие природоохранного и делового сообществ. Отдельное внимание предполагается уделить созданию единой системы экологического мониторинга и базы данных о состоянии экосистем, а также включению вопросов охраны природы в образовательные программы. Участники круглого стола подчеркнули, что научное обоснование должно стать фундаментом развития заповедного дела и экологического туризма в России.
— Сочинский заповедный фонд сильно изменился после Олимпиады, и сейчас все курорты, города Сочи, где мы находимся,— это олимпийское наследие. В данный момент, когда у нас достаточно сложные внешнеполитические отношения с другими странами, многие люди имеют возможность только внутреннего туризма. Вследствие этого система ООПТ испытывает серьезную нагрузку. Например, на курорт «Роза Хутор» ежегодно приезжает два миллиона человек. Наша задача — найти баланс. Приоритетом является развитие туристской инфраструктуры строго в рамках допустимой рекреационной нагрузки. Нам необходимо завершить паспортизацию всех туристских маршрутов, сделать их доступными и безопасными для граждан, не нанося ущерба уникальным ландшафтам,— подчеркивает директор ФГБУ «ВНИИ Экология», член Общественной палаты Российской Федерации Александр Закондырин.
Дискуссия о развитии заповедной системы страны продолжится в октябре на отраслевой конференции. На всесезонном курорте «Роза Хутор» в Сочи соберутся представители министерств, Государственной Думы, научного сообщества и бизнеса, чтобы найти ту самую точку равновесия — между требованием времени открыть природные богатства для россиян и их сохранением.
Ирина ИГОРЕВА,
фотографии пресс-службы курорта «Роза Хутор»»
