Первая помощь
Есть такие люди, которые приходят на помощь первыми. Одна из них — жительница Славянского района Краснодарского края Мария Рыбакова. В 2022 году хрупкая управляющая салоном красоты одной из первых отозвалась на призыв о помощи и отправилась в зону специальной военной операции волонтером.
Трудилась в госпиталях, была санинструктором в боевом подразделении. Вернувшись домой, поняла: сегодня ее помощь нужна тем, кто должен забыть тяжесть войны, и тем, кто никогда не должен об этом узнать. Сегодня Мария Рыбакова — социальный координатор фонда «Защитники Отечества» и сопредседатель Ассоциации ветеранов специальной военной операции по Славянскому району. Корреспонденту «Кубани сегодня» она рассказала, почему Первая стала Коброй, какая требуется помощь на фронте и в мирной жизни и причем здесь Чебурашка.
Красота на поле боя
Контактами сопредседателя Ассоциации ветеранов специальной военной операции со мной поделились коллеги-журналисты. Набираю номер. Гудки. И вдруг… приятный женский голос.
— Мария, первый вопрос, когда понимаешь, что участник специальной военной операции — прекрасного пола: как вас туда вообще занесло?
— Честно скажу, сама до сих пор этого не понимаю. Я не военнообязанная. Выросла в семье военных. Отец, Александр Викторович,— военный летчик, брат Сергей — кадровый офицер, полковник армии Российской Федерации. Возможно, поэтому, когда в марте 2022 года увидела призыв о помощи, которая требовалась ребятам в зоне специальной военной операции, решила откликнуться. В больницах Донецка в тот момент было туго и с лекарствами, и с оборудованием. Для раненых требовались титановые пластины, иначе грозила ампутация,— делится воспоминаниями Мария Рыбакова.
Есть такая шутка, что в мире нет ничего стабильнее, чем автомат Калашникова и советская женщина. Про Марию Рыбакову это не шутка. Нужные титановые пластины в открытом доступе найти непросто, но через «шесть рукопожатий» сделать это удалось в Ростове. Отправить в зону специальной военной операции их было нельзя — Мария решила отвезти сама.
— В Донецк ночью приехала. В городе первый раз, связи нет, был комендантский час, ни машин, ни такси не было. Спасибо местным людям, которые ехали со мной в автобусе: подвезли до штаба, где волонтеры располагались. А утром они мне говорят: «Мария, про вас телеканал „Звезда” хочет снять репортаж». Я сначала отказывалась, а потом подумала: «А вдруг для кого-то моя история станет примером?» — рассказывает Мария.
На следующий день Мария уехала помогать в госпиталь в Новоазовске. Именно туда свозили раненых в боях за Мариуполь. Рук на приемке ох как не хватало. Медицинского образования у Марии Рыбаковой нет — всё, как говорится, осваивала на практике, и делать это пришлось очень быстро.
— Думать о том, страшно мне или нет, времени просто не было. В первый день, как приехала, привезли много раненых. Все тяжелые. Некогда было паниковать. Знаете, что самое ужасное было? Когда малышей, детей раненых, которых в Мариуполе расстреляли, привезли. Много очень их было. Я до сих пор говорю спасибо врачам, хирургам, кто в той больнице работал. Они там со всей России были. Не представляете, какие чудеса творили. Имен многих не запомнила, жалею об этом до сих пор,— рассказывает Мария Рыбакова.
Сердце матери
В госпитале Марии предложили стать санинструктором в боевой части. Требовалось солдат к бою готовить, контролировать, чтобы в рюкзаках было всё необходимое, объяснять азы тактической медицины, раненых эвакуировать. Надо — поможем! Увидев стройную брюнетку с лучистыми глазами, бойцы в отряде тут же дали ей позывной Первая.
— Ребята молодые, женщину увидели — тут же заигрывать начали. А через недельку поняли, что всё серьезно, никто ни в какие игры не играет. И переименовали меня в Кобру. Но ребята у нас знаете какие? Казалось бы, война идет, а они мне на Восьмое марта цветы несут. Вы луганские поля видели? И желтые, и красные, и фиолетовые цветы… Все заминированы. Ребята не боялись, рвали мне букеты. Самые дорогие в жизни эти цветы были. Знаете, что главное поняла там, на фронте? Что многие люди, с которыми общалась дома, просто иллюзия. А там настоящие мои братья,— говорит санинструктор Мария Рыбакова.
За «ленточкой» Мария провела более полутора лет. Вернулась домой, помощь потребовалась дочери — санинструктор Кобра стала бабушкой маленькой Софии.
— Она у нас такая боевая, что мы в шутку зовем ее Мини-кобра. Вся в меня! — улыбается участница специальной военной операции Мария Рыбакова.
Сейчас на передовой сын Марии Давид. Ему двадцать четыре года, долго искал себя. Но когда пришло время, выбрал путь, которым шли дед и дядя.
— Я говорила ему: «Не вздумай!» А он ответил: «Не хочу быть маменькиным сынком». И подписал контракт. Сначала уехал в Курск, получил государственную награду за освобождение Курской области. Сейчас служит морпехом в 177-й бригаде на донецком направлении,— рассказывает Мария.
— Переживаете?
— Конечно! И очень жду, чтобы он быстрее вернулся. Всех ребят мы ждем домой. Если будет нужна наша помощь, каждый из нас поднимется. Они это знают, они это чувствуют,— говорит Мария.
От полигона до Чебурашки
Сегодня Мария Рыбакова — социальный координатор Государственного фонда «Защитники Отечества» и сопредседатель Ассоциации ветеранов специальной военной операции по Славянскому району. Помогает вернувшимся бойцам адаптироваться к мирной жизни: оформлять документы, получать выплаты, проходить реабилитацию. К сожалению, в стране не хватает специализированных юристов, которые могли бы помогать решать бюрократические вопросы с положенными выплатами и документами.
— Когда ребята возвращаются, они закрываются. Их нельзя оставлять одних, один на один с собой. Они ходят по улицам и не понимают людей: все очень расслабленные. Многие ребята воспринимают это в штыки. Очень мало клинических психологов для работы с участниками специальной военной операции,— объясняет Мария Рыбакова.
Она знает это не понаслышке. Сама почти три месяца не могла спать в тишине, покупала снотворное, привыкала. Сейчас Ассоциация ветеранов специальной военной операции по Славянскому району планирует создать специальный учебный центр на постоянной основе — с полигоном и зданием, где инструктора будут обучать детей военной подготовке.
— Мы хотим, чтобы занятия вели инструктора с реальным боевым опытом. Дай Бог, чтобы такие знания никому не понадобились, но мы видим, какая сейчас ситуация. Нужно быть готовыми не только физически, но и психологически, не растеряться в нужный момент. А еще такой центр поможет ветеранам специальной военной операции. Очень важно, чтобы они знали: они нужны не только на фронте, но и здесь, в мирной жизни,— считает социальный координатор Государственного фонда «Защитники Отечества» и сопредседатель Ассоциации ветеранов специальной военной операции по Славянскому району Мария Рыбакова.
Площадка для полигона найдена. Мария Рыбакова и ее коллеги ищут меценатов, которые помогут обеспечить финансирование проекта. Занятия в новом центре должны быть абсолютно бесплатными и доступными для всех.
— Мы идем маленькими шагами, но идем. Если честно, меня поражает поддержка простых людей. В волонтерских группах очень много бабушек, дедушек — так они со своей небольшой пенсией умудряются как-то ребятам на фронте еще помогать. В нашем районе есть мужчина-инвалид Юрий. Вместе с мамой они вяжут теплые носки, передают их на фронт. Однажды навязал маленьких игрушечных Чебурашек. Мы передали их в госпитали, отправили товарищам, с которыми я служила. Восторг от этих игрушек был больше, чем от генераторов, от какого-то вооружения. Напомнили ребятам о мирной жизни, о том, что их ждут. Юрий стал постоянно передавать и в госпитали, и тем, кто уезжает в зону специальной военной операции, своих маленьких Чебурашек. Вы не представляете, как наши бойцы ждут детские письма! Однажды меня попросили их прочитать на камеру. Читала и плакала. Наши дети, как и мы, искренне верят в победу,— говорит Мария Рыбакова.
Ирина ИГОРЕВА
