Двадцать третьего и тридцать первого января в Краснодаре, как и во многих других городах России, прошли митинги в поддержку оппозиционного политика Алексея Навального. И сейчас я, непосредственный участник событий, расскажу вам о том, как южный народ боролся за справедливость и не только.
Для начала стоит сказать, что для кубанских сторонников «берлинского пациента» все звезды, которые могли сойтись, сошлись. Только-только растаял снег в Краснодаре, началось потепление — и в эту же субботу, 23 января, штаб Навального анонсировал проведение митингов по всей России. Теплая погода в кубанской столице держалась целую неделю и 31 января похолодало лишь ближе к концу акции. Так что в отличие от многих других протестующих по России (в особенности якутов, которые вышли на шествие в довольно крепкий мороз) краснодарцы могли «гулять», не опасаясь заболеть.
Кроме того, отдельно следует отметить политику властей региона вообще и Краснодара в частности в отношении несанкционированных митингов. Пока мы наблюдали разгоны протестующих дубинками в других городах, граждане «житницы России», можно сказать, отделались легким испугом. Но об этом несколько позже.
Итак, хроника.
Митинг 23 января
Краснодар, Александровская арка, 13 часов 30 минут. Сторонники Навального начали собираться в условленном месте. Пока людей не очень много, но с каждой минутой численность митингующих растет. На соседних улицах все как положено: автозаки, автобусы, люди в масках. Однако на самом месте встречи лишь несколько сотрудников ГИБДД следят за движением.
К двум часам (начало акции) людей уже приличное количество, появляются товарищи с плакатами и слышны первые робкие кричалки. Буквально через десять — пятнадцать минут плакатов становится все больше, а кричалки становятся все громче. Примерно в это же время колонна неспешно начинает движение, толпа растягивается от арки до фонтана. Полицейские перекрывают участок улицы Бабушкина между, собственно, аркой и фонтаном (в дальнейшем такое будет происходить почти на каждом перекрестке Красной). Сотрудники начинают призывать митингующих расходиться. В толпе уже видны несколько неумелых провокаторов из правого крыла, однако шум основной массы митингующих подавляет их сомнительные возгласы.
Стоит сделать лирическое отступление и отдельно поговорить о контингенте, особенно с учетом того, что оба митинга он был примерно одинаковым. Компания подобралась весьма пестрая и разномастная, однако, как бы ни пытались убедить нас в обратном некоторые СМИ, засилья несовершеннолетних не наблюдалось. Конечно, в основном это были молодые люди, однако совсем юных «навальнят» среди них было не слишком много, и чтобы найти их в толпе, иногда приходилось постараться. Представителей старшего поколения также хватало, были даже совсем пожилые люди. С одним из них мне, к слову, удалось поговорить.
— Скажите, сколько вам лет?
— Шестьдесят четыре. Зовут меня Семен Владимирович (имя изменено. — Ред.).
— Что вы здесь делаете?
— Ну, я, во-первых, здесь катаюсь на велосипеде каждые выходные. А во-вторых, конечно, я пришел на митинг в поддержку Навального.
— Против чего вы протестуете?
— Я хочу открытости и прозрачности власти, нормального конституционного строя. Посмотрите, здесь всё мирно, никто ничего не громит, вон люди даже с детьми пришли, а где-то таких же мирных митингующих разгоняют дубинами — это как?
Подобные нехитрые диалоги с другими людьми всех возрастов носили примерно одинаковый характер: «Мы за всё хорошее против всего плохого». Правда, некоторые особо юные участники акции не смогли даже приблизительно сформулировать свои мысли относительно протеста, но это можно списать на загруженность голов домашними заданиями.
Итак, колонна двинулась в сторону администрации края. На часах около половины третьего дня. Уже вовсю работают глушилки и с Интернетом дела обстоят весьма печально, однако препятствий «гуляющим» никто не чинит, даже напротив: как упоминалось выше, перекрывают перекрестки по ходу движения колонны.
Никаких инцидентов за время шествия не произошло, толпа успешно добралась до здания краевой администрации, где облепила его со всех сторон и принялась скандировать: «Свободу политзаключенным!», «Аквадискотека!» и т. д. По обеим сторонам от здания уже стояли автозаки, автобусы и силовики, однако каких-либо действий с их стороны не было до самого вечера.
Информация о количестве участников в разных источниках разнится: кто-то говорит о пяти и даже семи тысячах, другие — о двух-трех. Я лично больше склоняюсь к последнему, так как если людей и было больше, то они довольно быстро начали уходить ввиду откровенной скуки происходящего. Я ни в коем случае не хочу оскорбить митингующих, но действо потеряло всякую динамику уже после первых двадцати минут с момента подхода к администрации. Просто разномастная толпа скандирует лозунги по кругу несколько часов. На этом всё.
Конечно, были и яркие персонажи вроде уже всем известного «голого парня» на памятнике казакам-первопроходцам, однако таких очень быстро сами митингующие с криками: «Провокатор!», улюлюкая, прогоняли. В целом о персоналиях сказать можно не очень много: пара активных организаторов, несколько воинственных правых, около сотни вызывающе одетой молодежи да два-три эксцентричных провокатора. В какой-то момент ко мне подошел школьник и робко указал на некоего мужчину, который якобы подходил к молодым людям и обещал выяснить, где они учатся, и сообщить куда надо, однако информацию ничем подтвердить не удалось.
Люди потихоньку покидали площадь, и к семи вечера возле здания администрации остались самые стойкие — около сотни человек. По некоторой информации, организаторы из числа членов краснодарского штаба Навального в этот момент уже отправились пить кофе в ближайшее заведение, где их благополучно задержали оперативники в штатском. Та же участь постигла и некоторых оставшихся митингующих. В целом акция 23 января прошла мирно, почти без происшествий, но как-то не очень организованно со стороны властей (да и организаторов, честно говоря, тоже), чего не скажешь о митинге 31 января.
В этот раз не суббота, а воскресенье, и не 14:00, а 12:00. Почему? Возможно, из-за того, что в других городах страны в субботу студентов привлекали к дополнительным занятиям и сторонники Навального решили обойти уловку вузов таким способом. Вообще, в Краснодаре машина пропаганды действовала вяло: никаких тебе заявлений о перекладывании плитки (кроме анонсированной властями дезинфекции на Красной 23-го числа, которую, впрочем, никто и не заметил), никаких угроз и предупреждений. Правда, в преддверии акции 31 января администрация города всё же опубликовала заявление о том, что митинги несанкционированные и всем сочувствующим грозят штрафы. В целом подготовка ко второму шествию со стороны кубанских властей была чуть серьезнее: больше людей в штатском, заработали громкоговорители на Красной с призывами расходиться. В этот раз даже показался ОМОН и сотрудники Росгвардии, которые в прошлый раз просто сидели в автозаках.
Отдельно упомяну тот факт, что в самом начале шествия сотрудники полиции раздавали всем желающим бесплатные маски. Такая забота многих удивила и, можно сказать, умилила. Хотя как 23-го, так и 31-го многие участники акции пришли в своих средствах индивидуальной защиты (некоторые, полагаю, больше из соображений анонимности, чем опасаясь коронавируса).
Со стороны же организаторов митингов всё осталось по-прежнему: лозунги, поход к администрации и плакаты. В этот раз, правда, количество митингующих несколько поубавилось, однако толпа еще оставалась внушительной. До поры до времени. Не поймите меня неправильно, но кроме идеи солидарности краснодарская акция не несла ничего, но и это в конечном итоге кому-то тоже важно. Мои коллеги уже высказались об этом, и я повторю их мысли: требовать освобождения Навального у здания администрации Краснодарского края — странно. Конкретные требования, кажется, выразил только мужчина в шапке с рисунком в виде листьев конопли, который призывал легализовать легкие наркотики.
С персоналиями в этот раз было также побогаче: девушка, поющая острополитические песни под гитару, провокатор, оскорблявший Навального (представился чиновником, но должность поставили под сомнение, а его самого освистали и прогнали), вышеупомянутый мужчина-растаман и еще пара ярких персонажей. Что характерно, никто особо не буйствовал и даже желающих вновь полазать по памятнику не нашлось.
Отсутствие как таковой повестки митинга, внушительное количество силовиков, разрозненность протестующих и некоторые другие факторы привели к тому, что с первыми задержаниями, которые начались довольно рано — около половины третьего, толпа заметно поредела и в итоге от митингующих осталось около двухсот (не считая силовиков) человек, 25 процентов из которых были журналистами, а еще четверть — походили на провокаторов. Ну не «заточен» южный народ под революции. Такие дела решаются в двух столицах, а мы, скорее, по наитию. Южанам банально не за что было рисковать шкурами, и в этом нет ничего предосудительного.
В этот раз задерживали не так вежливо, но всё еще без жести. Дубины, шокеры и газ в ход не пошли, да и вообще, ОМОН выполнял функцию больше предупреждающую — всю «грязную» работу делали люди в штатском. Краснодарский штаб Навального через время призвал протестующих расходиться группами в три часа дня во избежание дальнейших задержаний.
И на этом январские митинги в Краснодаре и России подошли к концу, оставив открытым вопрос о судьбе Навального. Притом и интерес к ней у кубанцев, кажется, снизился.
Вячеслав РЫЖКОВ
