Выпуск №93 (4796)

Свежий выпуск

27 ноября 2020

От Москвы до Астрахани

Где-то в начале девяностых годов прошлого века в Россию приезжала известная на Западе русскоязычная писательница Нина Берберова. Она говорила о великой русской культуре и литературе, восхищалась Россией. И один из читателей спросил ее: «Вы любите Россию — почему же не вернетесь?» Писательница ответила: «Я пожилой человек. Мне необходимо, чтобы кто-то доставлял мне домой продукты, лекарства, медицинскую помощь. В России такого качества оказания помощи пока нет. Вот потому я и не возвращаюсь».

Конечно, у каждого свое представление о качестве жизни. Одни сводят его к большим зарплатам и пенсиям, другие — к возможности свободного передвижения, в смысле поездки куда-нибудь подальше, например на Мальдивы или на Канары, а другие определяют для себя иные параметры и горизонты благополучия. Каждый волен определять для себя, что он хочет и что ему нужно для счастья.

Спросил об этом своего давнего приятеля, Геннадия Федоровича Карасенко, уже перешагнувшего восьмидесятилетний рубеж, но вы этого никогда не скажете, глядя на него. Высокий, подтянутый, энергичный, он сохранил выправку офицера, отдав службе Отечеству положенный срок. Помотался по гарнизонам после окончания военного училища на Дальнем Востоке. Был в длительной командировке в одной из стран Ближнего Востока. Свободно говорит по-арабски. Выглядит лет как минимум на двадцать моложе своих лет.

Мне в свое время повезло служить с ним в одной роте, которой он командовал, замполитом роты несколько месяцев и сохранить добрые с ним отношения на всю оставшуюся жизнь. Он был отличным руководителем и воспитателем настоящих воинов, патриотов. Отмечен за свою безупречную службу государственными наградами.

Его крылья — сыновья и внуки

Вместе супругой Людмилой Павловной, достойно переносившей все тяготы, неустройства жены офицера и переезды с очередного места службы на другое, они воспитали двух сыновей. Младший сын Владимир создал в свое время риелторскую фирму. Это было время, когда страна пришла в девяностые годы в движение: миллионы русских стали переезжать из союзных республик на историческую родину. И это открыло простор для деятельности риелторов. Глядя на успехи младшего брата, к нему присоединился и старший брат Александр. Он окончил, как и отец, военное училище. Но военные в это время стали не в чести. Армия оказалась на окраине общественных и государственных интересов.

Зарплаты офицеров скатились до такого уровня, что не обеспечивали элементарных потребностей,— и он уволился из армии. Насколько успешно шли дела в фирме братьев, достаточно привести такой пример: на один из очередных юбилеев бати, как его называют сыновья, они ему подарили новенький автомобиль. А до того решили свои квартирные проблемы. Каждый со своей семьей живет в собственной квартире. У каждого из сыновей есть автомобиль, на котором они ездят не только на службу, но и в отпуска к морю или в другие интересные места.

У Геннадия Федоровича была «Волга», много лет исправно служившая ему. Он приобрел ее на деньги, заработанные в заграничной командировке. На ней он с друзьями-рыбаками изъездил все самые уловистые места на Кубани, где он осел, выйдя в отставку. Неприхотливого, привыкшего к минимальным удобствам, на своей верной «Волге», его можно было встретить на реке, лимане, озере в любое время года: ранней весной, само собой летом, по перволедью осенью и на подледном лове зимой.

При этом он всегда оставался верен и другой страсти, которую великий знаток природы писатель Пришвин называл «тихой охотой», а Сергей Тимофеевич Аксаков — «третьей охотой». И не забывал о первой охоте — на зверя или птицу: на перепела или фазана, пролетных гусей или уток, и никогда — на лебедей.

— В красоту стрелять невозможно,— в минуту откровения говорил он. — Зачем тогда жить? Ведь красота — основа самой жизни.

Поговори со мной, гитара

Всю свою жизнь Геннадий Федорович мечтал научиться играть на гитаре. Но жизнь складывалась так, что не предоставляла ему такого случая. Только когда вышел в отставку и появилось больше свободного времени, купил гитару и пошел учиться играть на ней. Жена укоряла:

— Ну какой из тебя ученик? Там же детвора в основном занимается. Ну еще девчонки, мечтающие покорить игрой на гитаре принца на белом коне. Романтичные юноши, представляющие, как будут играть на каком-нибудь пикнике у костра, в туристическом походе в горы или на берегу моря, в компании друзей своего двора, на скамейке в тени деревьев. Что-то я не слышала, чтобы в твоем возрасте шли учиться.

— Одна умная американка в восемьдесят три года поступила учиться в университет. Журналисты спросили, зачем она это делает в таком преклонном возрасте. Женщина третьего возраста, как называют пенсионеров французы, ответила, что учиться и за три дня до смерти не поздно,— ответил, смеясь, Геннадий Федорович.

Рассмеялась и жена.

И Геннадий Федорович, как прилежный ученик, засел за изучение и хитростей игры на так любимом многими инструменте. Накупил дисков с записями известных гитаристов, восхищался их виртуозной игрой. И пришел день, когда он заиграл сам у себя дома, когда по случаю праздника собирались друзья, а потом и запел. У Геннадия Федоровича оказался неплохой баритон. Его стали приглашать на различные мероприятия ветераны, и у Геннадия Федоровича появился целый репертуар военных песен. Его стали приглашать на сборы призывников, в школьные коллективы, где он делился мыслями о необходимости усваивать военную науку, чтобы умело и беззаветно, если понадобится, защищать Родину, как это делали в годину войны наши отцы и деды.

При этом Геннадий Федорович еще пристрастился ходить на плавание в бассейн, и не просто принимал водные процедуры, а занимался как спортсмен. Каждый день давал сем себе задание: проплыть столько-то метров, и не меньше. И выполнял. Проплывал сотни метров. Если измерить расстояние, которое он преодолел в бассейне плавая, оно растянется от Москвы до Астрахани, а может и дальше.

Увлек заниматься плаванием и внуков, которые стали спортсменами-перворазрядниками. И он делил их успехи, ходил на все соревнования, болел. Один из внуков проявил талант в математике. Участвовал в различных олимпиадах и показывал высокие результаты. Школу окончил с золотой медалью. Подал документы в пять главных московских вузов — во всех пожелали видеть его своим студентом. Его выбор пал на Высшую экономическую школу. Уже после первого курса его пригласили на работу в хорошую фирму, что позволило ему уйти из общежития с товарищем и снимать квартиру. В общем, у внука всё складывается отлично. И Геннадий Федорович с женой этому искренне рады. Людмила Павловна, по профессии учительница математики, пробудила в свое время интерес внука к математике и физике. А заметив его способности к точным наукам, стала заниматься с ним и помимо школьной программы, и теперь они с неослабевающим интересом следят за его успехами в институте и на работе.

Яблони в цвету

На Кубани с ее благословенным климатом, самым теплым в стране, сотни тысяч селян и горожан увлекаются садоводством и огородничеством. Геннадий Федорович — один из них. У него два участка по шесть соток. Один — его с женой, другой — сыновей. Думал, будут огородничать и заниматься цветами, садом всеми семействами. Но оказалось, что у сыновей хватает своих интересов, а к родителям на дачу они приезжают разве что приготовить шашлык, поесть с грядки свежие огурчики-помидорчики, диковинные смоквы, которым необходим субтропический климат, как в Сочи, Адлере или Абхазии.

Геннадий Федорович выращивает их благодаря своему упорству и особой агротехнике, которая заключается в том, что смоквы должны быть небольшого роста, чтобы осенью, когда они перестают плодоносить, пригнуть ветви к земле, пришпилить и засыпать землей, чтобы не подмерзли. А сверху еще прикрыть рогожей или пленкой, но так, чтобы ветви и корни не подмокли, ведь на Кубани то и дело случаются зимой оттепели, когда снег в одночасье тает и земля пропитывается снежной водой. Вот тут и жди неприятностей. Геннадий Федорович знает, как обойти все препятствия и получать из года в год отличные урожаи инжира — смоквы.

Смоква — его особая гордость. Когда я оказался на его усадебном участке, он прежде всего подвел меня к деревцу, широко раскинувшему свои узорные листья и ветви и усыпанному зеленоватыми плодами.

— Пробуй! — не сдерживая гордости, сказал Геннадий Федорович.

— Да они невкусные,— сказал я,— несладкие. Даже в Сочи далеко не всегда попадаются сладкие, а здесь — тем более.

— Попробуй! — настаивал Геннадий Федорович.

Я сорвал одну из спелых смокв, надкусил и был поражен: спелый мягкий крупный плод оказался на удивление сочным и сладким, как мед.

— Ну, а я что говорил? — Геннадий Федорович улыбался, видя эффект, который произвела спелая смоква на меня.

— В чем секрет? — спросил я. — В Сочи они более пресные.

— Вот-вот. Я долго думал об этом и пришел к такому выводу. В Сочи климат мягче, чем у нас зимой. А в другое время года он более влажный, чем у нас. Там морской климат, а у нас — степной, сухой и жаркий. Вот и родятся такие сладкие смоквы.

Надо ли говорить, что участок у Геннадия Федоровича в идеальном порядке. С ранней весны до поздней осени у него все время что-то растет, спеет, созревает. Главная его гордость помимо, конечно, смоквы — это яблони самых лучших сортов. Если это «джонаред», то с детскую голову каждое яблоко. А если «голден делишес», то каждый плод как небольшое солнце — глаз не оторвать! А груши, а сливы, а абрикосы! Надо ли говорить, какая красота, когда деревья зацветают. А запахи! Голова кружится. Дышать не надышаться. Плоды с каждого дерева можно отправлять на выставки. Геннадий Федорович не только обеспечивает свежими плодами и овощами свою семью и семьи сыновей, но и многих знакомых, друзей.

Я давно привык к тому, что, когда приходит время сбора яблок, раздается телефонный звонок Геннадия Федоровича: «Бери тару и приезжай ко мне за яблоками, за алтайкой — оранжевой облепихой». Из нее Геннадий Федорович готовит вкуснейшую наливку и облепиховое масло — прекрасное лекарство при ожогах и других хворях. Без предварительных звонков привозит свежие, только что с грядки овощи: кабачки, помидоры, огурцы, зелень. И когда только он всё успевает?!

Он сам творит высокое качество своей жизни и своей семьи. А остальное, как то аптека, поликлиника, магазины, общественный транспорт, всё рядом с его домом на Селезнева — только выйти во двор. Пенсией он вполне доволен — государство позаботилось, как доволен и жизнью.

Позвонил ему, готовя этот материал. Ответила Людмила Павловна:

— Его нет. Он, как всегда, на даче.

— Так зима же — что ему там делать сейчас?

— Он найдет что. Обрезать кустарники, деревья, ведь косточковые обрезают зимой. Проверить самочувствие смоковницы, его любимицы.

— А не простынет?

— Так у нас же, сам знаешь, оборудованная однокомнатная секция. Там газ баллонный. Диван. Устанет — отдохнет. Захочет — приготовит себя обед. Он ведь офицер. Привык делать всё самостоятельно. В няньках не нуждается.

Здесь может быть ваша реклама
Оставьте заявку и наши менеджеры свяжутся с вами
Или вы можете посмотреть наше предложение